Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Как бабка с большими "бабками" консультанта на место поставила

Как-то сидели с друзьями, вспоминали интересные истории из жизни. Одна из них оказалась довольно занимательной.

Матери одного из знакомых недавно исполнилось шестьдесят. Женщина довольно боевая, несмотря на малый рост и уже приличный возраст. Где-то за год до этой нашей встречи у нее умер отец (мать умерла еще раньше). Было им обоим под девяносто. От родителей в соседнем городе нашей героине по наследству достался небольшой дом и двухкомнатная квартира.

Поскольку переезжать она не собиралась, то решили они с мужем продать всю наследственную недвижимость. С продажей проблем не возникло. Как-то довольно быстро нашлись покупатели и обе продажи были оформлены в один день. Несмотря на наличие банковского счета, особого доверия к депозитам и счетам наша бабушка не испытывала - спасибо реформаторам, благодаря которым вклады обесценивались буквально за одну ночь.

Далее

Паниндеанизм и межплеменные организации

Паниндеанизм и межплеменные организации: современное движение к единству и действию
Индейское движение к единству в целях достижения приспособления к действительности отражает новые проблемы, кризисы и возможности. Однако оно продолжает оставаться логическим продуктом паниндеанизма, который объединяет индейцев в идеологическом плане, и старой традиции межплеменных союзов в целях выработки общих планов действия. Паниндейские настроения всегда пересекали канадо-американскую границу: с недавних пор важным элементом в деятельности индейцев является попытка организоваться для действий в международном масштабе и привлечь не только канадских и американских индейцев, но и более традиционные племенные народы, проживающие к югу от Соединенных Штатов.
Хотя для некоторых ученых паниндеанизм является практически синонимом сравнительно недавно возникшего комплекса паувау, однако, по-видимому, существуют очень древние, общие всем индейцам элементы, которые всегда пересекали локальные различия в языках и культурах и которые следует называть собственно паниндеанизмом. Рассматриваемый в этой работе паниндеанизм содержит набор устойчивых стержневых ценностей и связанного с ними предвидимого поведения, которые обеспечивают общность взглядов индейцев, отличающих их от людей европейской культурной традиции.
Хотя сопротивление индейцев политике 50-х годов нашего века было незначительным, степень сплоченности и существующие паниндейские политические настроения свидетельствуют скорее о наличии культурной целостности и традиции союзов, сохранившихся в чрезвычайно трудных условиях, чем об отсутствии силы, связанной с недавним появлением паниндеанизма и межплеменной деятельности.
Точно так же, как контроль над их собственными делами в общинах должен был сконцентрироваться на вопросах, не представлявших большого интереса для Бюро по делам индейцев или для белых, в конце XIX и в начале XX в. межплеменная деятельность в силу необходимости ограничивалась главным образом социальной областью и пацифистскими религиозными настроениями. Трудно сказать, какие факторы имели наибольшее значение для развития современного паниндеанизма как политической силы, однако истоки его важных исторических компонентов можно проследить в раннем периоде образования резерваций, когда шел процесс преобразования и упрочения общинной жизни.
По крайней мере известное влияние степей на современные паниндейские костюмы получило свое начало в последней четверти девятнадцатого века, когда популярной формой выступления бродячих артистов стали представления в жанре «дикого Запада» и «плясок индейских знахарей». В них обычно изображались степные индейцы, которые, по существу, и создали стереотип американского индейца. Индейцам повезло, что они могли заняться новым и престижным занятием в качестве театральных исполнителей. Увешанный украшениями степных племен индеец являл собой благородную, привлекательную, хотя и внушающую страх фигуру.

Охотничьи племена субарктической Канады

Охотничьи племена субарктической Канады
Джунь Хелм и Элеонора Бурке Ликок
Земля и люди
Субарктические леса Канады - родина индейских охотничьих племен-атапасков и алгонкинов. Хотя эти две народности и относятся к двум отдельным языковым группам, в их приспособленности к жизни в северном лесу и исторических судьбах можно установить много сходных черт.
Зона субарктических лесов Канады простирается на 4000 км: от полуострова Лабрадор на Севере Атлантики вдоль южных берегов Гудзонова залива; затем поворачивает на север по долине реки Маккензи и заходит за Полярный круг. Эта зона, образуя полукруг, огибает Гудзонов залив и арктическую тундру, вплотную примыкающую к северным берегам залива. По административному делению Канады зона арктических лесов включает (считая с востока на запад): Лабрадорский округ Ньюфаундленда и большую часть Квебека, занимающие вместе полуостров Лабрадор; север Онтарио, Манитобы, Саскачевана, Альберты, а также административный округ Маккензи Северо-Западных территорий.
Во всей огромной развернувшейся дугой канадской тайге зимы длинные и суровые, лето короткое и прохладное. Это страна озер и рек. Лес состоит из хвойных пород с вкраплениями березняка и ивняка.
Живущие в субарктических лесах индейцы делятся на несколько основных групп. На восток от Гудзонова залива живут говорящие на алгонкинском языке мон-танье-наскапи. Первоначально они населяли весь полуостров Лабрадор за исключением прибрежных районов, где жили эскимосы. В районе залива Джемс (в юго-восточной части Гудзонова залива) на алгонкинском языке говорят уже не монтанье, а кри, родиной которых была эта центральная часть канадских субарктических лесов, проходящая по болотистым низинам до Гудзонова залива.
В далеком прошлом, когда оджибвеи вторглись на территорию южных кри, одни кри подались на запад до реки Пис-Ривер в западной Альберте, а другие ушли из леса и стали равнинными кри.
К северу от западных кри лежит территория атапасков. В непосредственном соседстве живут чипевайи, а к северо-западу от них - атапаски бассейна Маккен-зи, которые сейчас известны как индейцы племен «Собачьи Ребра», «Невольники», Монтэйн, Медвежьего озера и «Зайцы».
В данной работе канадский субарктический лес мы делим на три этнографические зоны: северовосточную зону, населенную индейцами монтанье-наскапи, центральную зону, занимаемую племенем кри, и северо-западную зону, где живут племена атапасков. Южные монтанье на северо-востоке, равно как и «Собачьи Ребра», «Невольники» и «Зайцы», известны авторам по полевым работам. Соответственно больше внимания уделено авторами северо-восточной и северо-западной зонам, в отношении конкретных примеров и иллюстраций.
Данные о различных группах кри из центральной части субарктической зоны взяты главным образом из трудов Хонигманна (Honigmann, 1962), Роджерса (Rogers, 1963, 1965, 1966, 1967), Мэсона (Mason, 1967) и Найта (Knight, 1968).
Тундра, граничащая на севере с лесом, играла роль экологического «буфера» между индейцами субаркти-ки и береговыми эскимосами. К югу контрасты в окружающей среде и культуре между субарктическими индейцами и соседними племенами менее заметны. На южных окраинах северного леса и на прилегающих к нему на западе равнинах жили другие группы алгонкинов и атапасков. К ним относятся (с востока на запад) микмаки, собственно алгонкины, северные оджибвеи, равнинные кри, сарси и «бобровые» индейцы. Самые западные окраины канадского северного леса граничат с Кордильерами, и там живут другие племена, говорящие па языке атапасков: каска, секани и кучины. Поскольку здесь излагаются лишь некоторые специфические вопросы экологии, социальной организации и истории культуры, эти соседние индейские племена не рассматриваются.
Основа аборигенной жизни: экономика и общество

Паниндеанизм

Другим возможным источником паниндеанизма является туземная американская церковь. Похоже, что среди чиппева в Миннесоте пейотизм не распространен широко. Хотя в одной маленькой общине, состоящей из связанных родственными узами семей, потомков одного основателя, каждый принадлежит церкви. По-видимому, эти чиппева ограничивают пейотизм рамками своей собственной общины и не присутствуют на церемониях других общин.
Что касается терминации, то эта принятая правительством в 1953 г. политика была чрезвычайно непопулярной среди чиппева Миннесоты. Хотя многие чиппева покидают резервации, но лишь немногие оставляют их навсегда. Большинство из покинувших резервации индейцев поддерживают с ними связь. Только немногие из чиппева нынешнего поколения начинают обосновываться на более или менее постоянную жизнь в удаленных от резервации городских центрах, но даже и они посещают резервации, чтобы навестить своих родственников.
Коротко говоря, картина жизни чиппева Миннесоты в резервациях и вне их еще недостаточно ясна. Современные исследования выявляют широкое разнообразие в поведении, в моральном состоянии общины, большие различия в доходах и уровне жизни, а также различия степени приверженности традиционным нормам, включая религиозную практику. В целом эту картину нельзя назвать картиной народа, впавшего в апатию и подчинившегося своей судьбе. Скорее наоборот, мы видели народ, который возрождается к борьбе, чтобы разрушить одни барьеры и сохранить другие. Мы видим в их усилиях продолжение векового конфликта относительно участия или неучастия в делах мира, находящегося за рамками их общины, относительно проблем зависимости и автономии. Решение этого конфликта, очевидно, заключено в способности чиппева развивать экономические средства, приносящие доход, в то же время сохраняя за собой землю, обеспечивая себе статус самобытного народа. Этот процесс будет наиболее удачным там, где лучше всего сохранились общинные нормы жизни, как, например, в «закрытой» резервации «Оленье озеро» или в маленьких индейских общинах, где сельское хозяйство и горнодобывающие предприятия делают местную экономику жизнеспособной. Удивительно, до какой степени отдельные индейцы, включая чиппева и другие группы из северных районов Великих озер, сохранили в некоторых областях остатки общинных норм жизни, несмотря на насильственные попытки индивидуализации их деятельности и интересов. Сохранению общинных норм способствовала удивительная неспособность североамериканских правительств и периферийного общества в целом понять, во-первых, социальную структуру индейских обществ, отношения в которых основывались целиком или частично на родстве, и, во-вторых, социальные и экономические атрибуты лидерства в этих обществах. Ударения, сделанные учеными на аспектах поведения, выраженного в «психологических» терминах и терминах «структуры личности», служили лишь для того, чтобы скрыть основные области противоречия между индейцами и белыми и подкрепить неправильные представления об индейцах со стороны правительственной бюрократии.
Никогда переход от одной стадии развития общества к другой не ведет к забвению старых норм жизни: экономических, социальных или идеологических. Однако в общей перспективе перемены, происшедшие за целый исторический период, вызвали глубокие переориентации в социальной жизни, которые заключаются в переходе от сильно разобщенных индейских общинных родственных групп доисторического периода к слабо сплоченным, состоящим из малых семей группам в недавнем прошлом. Изменения, происшедшие в социальной организации чиппева за последние четыреста лет, внешне повторяют общий ход эволюционного изменения человеческого общества или по крайней мере той его части, которая связана с периодом между развитым родовым строем и обществом, характеризующимся дроблением социальных единиц и партикуляризацией собственности. То, что некоторые группы чиппева все еще сохраняют остатки корпоративной организации, лишь свидетельствует о силе старых норм. Но последнюю стадию истории общества чиппева мы характеризуем скорее как распад социальной жизни, чем как эволюцию норм индивидуализма.
Экономические и политические отношения с эксплуататорскими североамериканскими системами привели индейцев к отсталости, способствующей дальнейшему распаду внутренних социальных и психологических отношений. Вот почему у чиппева и их сородичей иногда проявлялись такие черты личности, как апатия, подавление творческих способностей. В этом у них есть большее или меньшее сходство с некоторыми колониальными народами в других районах мира, которые по историческим причинам были неспособны отстоять свое самоопределение.
Исследования этнографов в Миннесоте указывают на отход в некоторых районах от индивидуалистических тенденций. Возможно, это естественный процесс. Энергичные попытки возродить коллективные интересы к претворению в жизнь различных проектов развития общины со стороны части индейцев и заинтересованных в этом учреждений, возможно, предвещают лучшие времена. Интерес представляет вопрос о том, будет ли это достигнуто в рамках паниндейского движения и движения за гражданские права национальных меньшинств, или же эти движения останутся в стороне. Какие бы внутренние и внешние факторы ни существовали, совершенно очевидно, что еще долгие годы будет жить особая культура чиппева. Но эта культура уже не та, чем она была 100, 200 или 500 лет назад, а в будущем не останется и той, которая есть сегодня.

Общие аспекты

Общие аспекты социополитической организации
В этом разделе я делаю попытку воссоздать историю социополитических институтов чиппева, чтобы связать некоторые страницы истории чиппева вместе. Я делаю упор на ранних фазах истории контактов чиппева с европейцами и на том, как отношения с ними повлияли на важные аспекты племенного и локального устройства. Для племени чиппева период контактов и развития торговых отношений, сначала с посредниками-индейцами, а затем и с европейцами, пришелся на период между 1615 и 1850 гг.
Прежде чем анализировать аспекты социополитической организации, мы выделяем четыре стадии социополитического развития чиплева. Это стадии процесса адаптации индейцев к прямому навязыванию иностранных экономических и политических систем в соответствии с наличием источников сырья. Их следует рассматривать не как полную замену старых систем, а скорее как сдвиги к новым нормам, но при сохранении многих старых традиций.
Раньше существовали автономные патрилинейные группы родственников или местные кланы, которых было около двадцати пяти. Такие кланы характерны для протоконтактного периода чиппева. Эта стадия под влиянием непосредственной торговли сначала с посредниками-гуронами, а позднее с французами расчистили путь для возникновения «политических деревень». Деревня, в которой под единой политической властью объединялось несколько родственных групп, возникла и расцвела в условиях мирной торговли и согласия с соседями чиппева - сиу, жившими к югу и к западу.
Организация таких деревень стала приходить в упадок, по мере того как их торговые пути захватывали французы и сохранялась лишь в ограниченных областях, где чиппева часто встречались со своими бывшими союзниками сиу, которые продолжали занимать примыкающую к чиппева территорию. После упадка политической системы деревни роль основной социополитической единицы стала играть охотничья группа.
Такая охотничье-промысловая группа, характерная для третьей стадии, была приспособлена главным образом для добычи мехов и пропитания. Эта организационная единица была более или менее стабильной формой приспособления к торговле мехами и отношений с французами, затем с англичанами и, наконец, с американскими гарнизонами и учреждениями. Она существовала у юго-западных чиппева приблизительно с 1730 по 1850 г.
Охотничье-промысловые группы как жизнеспособные единицы в свою очередь исчезли, когда охотничьи угодья были истощены в результате усиленной их эксплуатации, вызванной торговлей и наступлением поселений американцев. Исчезновение дичи и наступление поселенцев сочеталось с периодом заключения договоров на предмет уступок земель. В северных частях Мичигана, Висконсина и Миннесоты после нескольких незначительных уступок земель во втором и третьем десятилетии XIX в. этот процесс захвата индейских земель получил размах в 1837 г. и продолжался вплоть до 80-х годов XIX в., когда все общины индейцев чиппева были поселены в резервации.
Среди чиппева, живших к северу от интернациональной границы, стадия политических деревень была менее продолжительной, чем среди юго-западных чиппева, или же, по причинам, которые мы укажем дальше, не существовала вообще. К тому же вследствие более суровых условий жизни на севере группы были меньше по размерам и более разбросаны, чем на юго-западе, но они были такими же родственно смешанными, несмотря на патриархальные (агнатные) тенденции, явившиеся результатом частого вирилокального брака.
Родство по мужской линии не исключало из группы членов, связанных с ней по женской (когнатной) линии, оно представляет собою просто одну из форм счета происхождения. Парцеллизация социальной жизни на севере не вызывала, как это произошло на юге в резервационный период, фактической автономии малой семьи до тех пор, пока промысел пушнины продолжал оставаться основой экономики индейцев. Установка капканов и связанные с промыслом занятия требовали участия по крайней мере двух мужчин, а охота на крупную дичь, так же как и рыбная ловля, были более производительны при участии еще большего количества людей. Эти занятия, в которых соединяются усилия нескольких взрослых мужчин и их юных помощников, в некоторых местах продолжаются в Канаде и по сей день.
Сосредоточение в настоящее время небольших многосемейных групп по берегам озер около магазинов и школ на севере еще не привело к возникновению настоящей деревенской организации, хотя избираются находящиеся под контролем правительственных органов сове-
ты, которые должны представлять индейские общины при решении их внутренних и внешних дел (Dunning, 1959а, 1959Ь). Если все же сплочение таких поселений произойдет, то оно будет следствием не расширения родственных связей, а результатом развития предприятий, требующих кооперации, как связанных родственными узами, так и не связанных ими членов индейского поселения. Статус общин чиппева американских резерваций подробно будет обсужден ниже.
Таким образом, суммируя, мы можем сказать, что четырьмя стадиями социополитического развития являются: 1) патрилинейные группы родственников (протоконтактный период), 2) деревни со смешанным по родству населением (раннеконтактный период), 3) смешанные охотничьи группы (дорезервационный контакт) и 4) малые или небольшие неразделенные семьи (резервации). Из-за того, что в ряде районов местные условия не совсем подходящи для большого скопления населения, стадия деревень в них может отсутствовать. Теперь мы приступаем к более детальному исследованию общих процессов происшедших изменений.

Прибрежные алгонкины

Прибрежные алгонкины - народ первых рубежей
Т. Дж. К. Брассер
Данная глава посвящена коренному населению побережья штата Нью-Йорк. Чтобы проиллюстрировать общую историческую предпосылку драматических событий, начавшихся с прибытия так называемых швунуков, «людей с моря», был привлечен материал и о других индейских племенах Среднеатлантического побережья. Мало кто из аборигенов того времени остался в живых. Эпидемии, принесенные на континент, и столкновения индейцев с вторгнувшимися белыми привели к исчезновению целых племен. Многие из них отступили в глубь континента, и лишь небольшие группы индейцев выжили на своей древней родине. Со всех точек зрения эти уцелевшие восточные группы выжили, приспосабливаясь к новым условиям в течение почти четырех столетий. Этот период освещен большим количеством документальных материалов, а все увеличивающееся число археологических исследований дополняет данные, содержащиеся в этих документах. Что касается современных проблем, то работ, посвященных их изучению, очень мало, и они, подобно данной, носят обычно предварительный характер.

Период, предшествующий появлению европейцев
Все пространство от Северной и Южной Каролины до центральной части штата Новая Англия было весьма единообразно с точки зрения природных условий. Его покрывали необъятные леса. Болотистая прибрежная равнина, широкая на юге, сужалась до узкой полоски на севере.
Расчистив землю методом подсечно-огневой системы, люди селились полуоседлыми поселениями, окруженными обширными огородами, соседствующими с мелкими речушками. Весной, после посадки зерновых культур, большая часть людей переселялась во временные стойбища, разбивавшиеся вдоль побережья или по обрывистым берегам рек. Там они проводили лето, занимаясь рыбной ловлей и сбором в огромных количествах моллюсков. Большую часть добычи они сушили и заготавливали впрок к зиме. В сентябре индейцы возвращались в свои селения для сбора урожая маиса, бобов, кабачков, тыквы, сопровождавшегося праздниками урожая. Осень же была периодом коллективной охоты, сбора диких плодов и орехов в окрестных лесах, очищавшихся от подлеска ежегодным выжиганием. Принимая во внимание такую систему ведения хозяйства, мы не можем сказать, что европейцы прибыли на совсем необжитые земли.
Как во времена индейцев, так и в настоящее время низины и широкие речные долины были и являются наиболее густо населенными местами всего этого района. Однако большое удивление вызывает тот факт, что самая большая концентрация населения была обнаружена на северо-востоке от современного Нью-Йорка, где прибрежная равнина представляет собой довольно узкую полосу. Если расчеты Джеймса Муни верны, то плотность населения на побережье современных штатов Нью-Йорк и Коннектикут достигала 90 человек на 100 км2, в прибрежных же районах Виргинии и Северной Каролины - около 35 человек. Кребер полагает, что такая плотность населения на северо-востоке может быть отнесена за счет того, что узкая прибрежная равнина с расположенными по соседству возвышенностями обеспечивает много возможностей для добывания средств существования (Kroeber, 1939, р. 141 - 142, 145). Поздней осенью индейцы перекочевывали на свои охотничьи территории вдоль верховьев рек, ближе к суровым нагорьям, где жилищем им в зимнее время часто служили пещеры.
Западную границу этого района образуют отроги 33 Аппалачских гор, простирающихся до побережья Новой Англии. Эта пересеченная местность редко посещалась индейцами, и археологические изыскания со всей очевидностью это подтверждают. Однако прибрежная полоса, реки, озера обеспечивали водные пути, по которым так же, как по лесным тропам, новости, товары и люди попадали в отдаленные поселения. Можно полагать, что географическая среда, подобная описываемой, способствовала возникновению сравнительно мало отличающихся друг от друга культур. Региональное различие, как установили археологи, прослеживается главным образом в керамике, а ранние исторические документы указывают лишь на некоторые различия нематериального порядка.
Одно из наиболее очевидных искажений фактов в популярных описаниях этого района касается характера и размеров социально-политических единиц в аборигенном общественном устройстве. Речь идет о картах размещения племен. Они создают впечатление, что первоначально существовали большие автономные региональные группы или племена, тогда как на самом деле есть данные, говорящие о том, что социальные единицы аборигенов были невелики. Территория, на которой жили эти группы, представляла собой земли вблизи рек с притоками и редкими водоразделами, склоны холмов и морское побережье. Прибрежные участки обычно были меньше, чем земли, удаленные от моря. К югу от Новой Англии жилищем индейцам служили длинные дома. Это указывает на то, что эти локализованные группы состояли из нескольких больших семей, пользовавшихся землей сообща.
Культурные связи между соседствующими группами индейцев осуществлялись по водным путям. Важное место в этих связях занимали родственные отношения, особенно между несколькими главными большесемейными общинами. Как в Виргинии, так и на юге Новой Англии эти «знатные семьи», возможно, составляли
верхушку нарождающегося социально дифференцированного общества. Вождю разрешалось многоженство, он собирал со своих людей дань, чтобы принять и угостить гостей. Во время религиозных праздников вождь руководил обрядами. Между несколькими соседними локальными группами существовали зарождавшиеся политические связи в форме устанавливаемого через браки родства между их вождями. На этой основе в доколониальный период возникали племенные союзы, хотя они и не приносили, видимо, экономической выгоды. Благодаря слабому развитию социально-политической интеграции такие союзы, вероятно, быстро распадались. Карта с расположением индейских племен относится, видимо, к более позднему периоду. Термин «делавары», используемый в этой работе, охватывает большое число локальных групп, остатки которых в XVIII в. объединились и образовали индейское племя делаваров.

СМИ нашли бандита С. Цапка на инаугурации Д. Медведева


 
 

Рамблер: «Новая газета» нашла доказательства близости лидера ОПГ в Кущевской Сергея Цапка к региональной власти. Газета публикует фотографию с инаугурации президента России Дмитрия Медведева, на которой рядом с губернатором Краснодарского края Александром Ткачевым стоит человек, похожий на С. Цапка.

На фоне этой информации «Московский комсомолец» пишет об инициативе краснодарских СМИ и Национального агентства расследований о проведении публичного расследования фактов причастности губернатора А. Ткачева и сотрудников краевой администрации к преступлениям против населения Краснодарского края.

Кроме того, «МК» и СМИ Южного федерального округа выступили с инициативой ввиду отсутствия официального траура по жертвам трагедии в Кущевской объявить в частном порядке днем памяти по погибшим 12 декабря — сороковой день после убийства.

Накануне президент РФ Дмитрий Медведев потребовал от А. Ткачева и своего полномочного представителя в ЮФО Владимира Устинова за две недели найти и наказать чиновников, допустивших существование банды в станице Кущевская.

Ранее на вопрос вице-спикера Госдумы Владимира Жириновского о том, будет ли уволен А. Ткачев, президент РФ ответил отрицательно.

Отставки в правоохранительных структурах и органах власти всех уровней не должны превращаться в самоцель при проведении разбирательств в станице Кущевская, заявил РБК глава комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев (Единая Россия). «Безусловно, виновные должны понести ответственность, и отставки нужны везде, где происходит подобное безобразие», — заявил В. Васильев, добавив, что должностных лиц, при содействии или попустительстве которых происходят подобные события необходимо «выжигать каленым железом». При этом он считает, что применительно к Кущевке наказание должны понести не только сотрудники местной милиции, но и представители других правоохранительных структур. «Не только милиция должна быть „козлом отпущения“, хотя по отношению к ней наряду с „евсюковым“ появилось еще одно постыдное звание — „сотрудник подразделения „Кущевка““, — сказал В. Васильев. По его словам, необходимо также выяснить, что „делала местная прокуратура, как работал суд и т.д. “, — пояснил глава комитета. Он также считает, что отставки должностных лиц не должны стать самоцелью разбирательств, которые проводятся по фактам произошедшего в станице Кущевская. „Я не сторонник того, чтобы на одном примере пытаться сделать вывод из всего, что накопилось негативного у населения страны за последние годы по отношению к власти“, — заметил депутат. В связи с этим он полагает, что, прежде всего, необходимо „менять не „головы“, а сам климат в стране, когда власть должна нести ответственность за все происходящее“. „Люди должны чувствовать себя защищенными в своей стране, и сам страшный упрек, который мы услышали в Кущевке, касался именно того, что люди не испытывают такого чувства“», — пояснил В. Васильев.

Вместе с тем у представителей власти уже начался процесс осознания того, что «отсидеться не получится, а за произошедшее придется отвечать тем руководителям, которые уже давно не чувствуют себя за ответственными и до сих пор предпочитали убаюкивать себя лестными показателями статистики», заметил В. Васильев.